"Историю изменить нельзя, а переписать – это запросто".

Наверное, многие, начитавшись иностранной литературы, а особенно «исторических» книжек заграничных авторов про древнюю Русь, были в ужасе от той грязи и вони, которая якобы царила в далёкие времена в русских городах и селениях. Сейчас этот ложный шаблон настолько врос в наше сознание, что даже современные фильмы о древней Руси снимаются с непременным использованием этого вранья, и, благодаря кинематографу, продолжается развешивание лапши на уши о том, что наши предки якобы жили в землянках или в лесу на болотах, годами не мылись, ходили в рванье, от этого часто болели и умирали в среднем возрасте, редко доживая до 40 лет.

Сквозь полвека работы над историей российской революции я множество раз соприкасался с вопросом русско-еврейских взаимоотношений. Они то и дело клином входили в события, в людскую психологию и вызывали накалённые страсти.

Сквозь полвека работы над историей российской революции я множество раз соприкасался с вопросом русско-еврейских взаимоотношений. Они то и дело клином входили в события, в людскую психологию и вызывали накалённые страсти.

Сквозь полвека работы над историей российской революции я множество раз соприкасался с вопросом русско-еврейских взаимоотношений. Они то и дело клином входили в события, в людскую психологию и вызывали накалённые страсти.

2 июня 1962 года случился Новочеркасский расстрел - трагедия экстраординарная. Считается, что оскорбительная фраза директора завода им. Буденного Бориса Курочкина «ешьте ливерные пирожки» стала детонатором народного гнева. Между тем, причины кроются глубже.

В Российском государственном архиве социально-политической истории открылась выставка «Большой террор», посвященная трагической эпопее, спровоцированной кремлевскими вождями.

Лекция была написана в конце 1971 — начале 1972 в Ильинском (под Москвой) к ожидаемому вручению премии в Москве, на частной квартире, учёным секретарём Шведской академии Карлом Рагнаром Гировым. Однако советские власти отказали ему в визе, и церемония не состоялась.

Сквозь полвека работы над историей российской революции я множество раз соприкасался с вопросом русско-еврейских взаимоотношений. Они то и дело клином входили в события, в людскую психологию и вызывали накалённые страсти.

Сквозь полвека работы над историей российской революции я множество раз соприкасался с вопросом русско-еврейских взаимоотношений. Они то и дело клином входили в события, в людскую психологию и вызывали накалённые страсти.

Сквозь полвека работы над историей российской революции я множество раз соприкасался с вопросом русско-еврейских взаимоотношений. Они то и дело клином входили в события, в людскую психологию и вызывали накалённые страсти.

Сквозь полвека работы над историей российской революции я множество раз соприкасался с вопросом русско-еврейских взаимоотношений. Они то и дело клином входили в события, в людскую психологию и вызывали накалённые страсти.

Сквозь полвека работы над историей российской революции я множество раз соприкасался с вопросом русско-еврейских взаимоотношений. Они то и дело клином входили в события, в людскую психологию и вызывали накалённые страсти.

Сквозь полвека работы над историей российской революции я множество раз соприкасался с вопросом русско-еврейских взаимоотношений. Они то и дело клином входили в события, в людскую психологию и вызывали накалённые страсти.

Сквозь полвека работы над историей российской революции я множество раз соприкасался с вопросом русско-еврейских взаимоотношений. Они то и дело клином входили в события, в людскую психологию и вызывали накалённые страсти.

Сквозь полвека работы над историей российской революции я множество раз соприкасался с вопросом русско-еврейских взаимоотношений. Они то и дело клином входили в события, в людскую психологию и вызывали накалённые страсти.