В ополонке Росархива всплыл „Пакт Молотова-Риббентропа”

 

«31 мая 2019 года были опубликованы сканы оригинального советского варианта Договора о ненападении между Германией и СССР (Deutsch-sowjetischer Nichtangriffspakt), известного как пакт Молотова – Риббентропа, а также секретный дополнительный протокол к нему с разъяснениями. Сообщается, что эти документы публикуются впервые и, хотя их текст был известен и до этого, публиковались лишь фотокопии немецкого варианта (они также на двух языках).

…Уточняется, что сканы были предоставлены Историко-документальным департаментом МИД России и первоначально появились в научном издании «Антигитлеровская коалиция – 1939: Формула провала», выпущенным в свет Институтом внешнеполитических исследований и инициатив».

Начну с того, что любому человеку, действительно интересующемуся историей нашей Родины, при появлении любого документа из нынешних архивов, необходимо вспоминать заявление, которое в 2009 году вместе с доказательствами их фальсификации получил покойный депутат В. Илюхин от исполнителя-фальсификатора советских архивов. На фото, В. Илюхин как раз и представляет журналистам эти доказательства.

Как сообщил Илюхин, фальсификатор на тот момент был уже генералом ФСБ на пенсии, но поругался по денежным вопросам с ФСБ и просил у Илюхина помощи в этом споре.

 

Вот он и дал Илюхину следующие показания:

 

«Депутату Государственной Думы

 

Федерального Собрания Российской Федерации

 

Илюхину В.И.

 

Уважаемый Виктор Иванович!

 

В 1991 году, сразу после т.н. «августовского путча» я был сотрудником созданной на базе хозяйственного управления при Управлении делами Администрации Президента РСФСР «службы безопасности», которая подчинялась, с одной стороны бывшему заместителю управляющего Делами ЦК КПСС Лещинскому Валентину Борисовичу, который являлся в указанный период времени заместителем председателя правительственной комиссии по передаче партийного имущества с баланса ЦК КПСС на баланс Администрации Президента РСФСР, с другой стороны «служба» замыкалась на начальника ХОЗУ УД Президента РСФСР Прошина Юрия Александровича. В штате ХОЗУ Управления Делами Президента РСФСР «служба» не прописывалась.

Ее деятельность регламентировалась несколькими секретными положениями, согласованными с руководством Администрации и Главного управления охраны Президента СССР. На самом же деле «служба» состояла, в основном, из действующих сотрудников Комитета государственной безопасности СССР.

В число ее руководителей входил действующий начальник Главного управления военной контрразведки (3 гл. упр.) КГБ СССР вице-адмирал Жардецкий Александр Владиславович. Вместе с ним на старой площади появилась группа старших советников, в которую входили старшие и высшие офицеры органов государственной безопасности СССР.

Штаб «службы» располагался в 5 подъезде бывшего здания ЦК КПСС с конца августа 1991 года до ноября того же года. Кабинеты руководителей службы были оснащены всеми видами оперативной и правительственной связи. С ноября 1991 г. «служба» переместилась, на правительственную резиденцию в дом отдыха «Нагорное», в Химках, а через год переехала на Брежневскую дачу в Заречье. И в Химках и в Заречье кабинеты руководителей были оснащены всеми видами оперативной и правительственной связи.

Охрана бывших объектов ЦК КПСС и Управления Делами являлась своеобразным прикрытием специфической деятельности, которой занималась «служба» на самом деле. Вне штата «службы» существовал т.н. «особый сектор», который занимался «изготовлением» нового варианта современной истории, под заказ представителей политических властей того периода времени, к чему я непосредственно был причастен.

Этот «сектор» располагался в недоступном месте, под охраной военнослужащих, как я уже пояснял, в д/о «Нагорное». Под «особый сектор» была выделена дача № 4, а участвующие в проекте сотрудники жили на охраняемой территории в спальных корпусах. Первоначально в проекте было задействовано около 15 человек.

В нашем распоряжении находились десятки томов архивных документов 30-х и 40-х годов для того, чтобы мы понимали, каким образом и по каким правилам осуществлялось делопроизводство в органах НКВД-НКГБ СССР и в ЦК ВКП (б). Среди нас были криминалисты из средней школы милиции ГУВД Московского горисполкома, историки и машинистки.

На дачу привозили большое количество пишущих машинок образца 30-х годов. Курсанты военного училища им. Верховного Совета РСФСР (нынешнее Мос.ВОКУ) приводили их в рабочее состояние. Из непонятных фондов извлекали множество (сотни) пустых бланков, выполненных типографским способом на старой бумаге, от Ленинского — совнаркомовского до решения Политбюро ЦК ВКП (б) 40-х, 50-х годов. Среди них были бланки НКВД, НГКБ, ВЧК, Верховного Совета СССР, ОГПУ, бланки решения «троек».

В распоряжении «сектора» имелись сотни штампов вх. и исх. нумерации по делопроизводству тех времен и печати органов НКГБ, ЦК, печати имперских властей гитлеровской Германии и многое другое. Работа «сектора» была систематизирована и необыкновенно продуктивной. Все делалось «ради одного единственного экземпляра», который не должен был отличаться от тех, которые издавались в 30-е, 40-е года.

При этом, при изготовлении такого «единственного экз.» портилось огромное кол-во бланков и старой бумаги. За сутки изготавливалось примерно по 15-20 страниц «архивных» документов.

Машинистки печатали первичный текст, с приготовленных текстовых форм, которые привозили наши «шефы» со Старой Площади, «специалисты» в соседних кабинетах расписывались за Сталина, Берия, Когановича, Молотова, Гитлера и пр. известных исторических персонажей.

За период нахождения в Химках сотрудниками «особого сектора» было изготовлено более 200 томов документов 20-х – 30-х и 40-х годов. При этом, тома прошнуровывались, пронумеровывались, составлялась опись документов. На обложках папок, в основном имелся один и тот же логотип «спецфонд» ЦК ВКП (б) или ЦК КПСС. Готовую продукцию отвозили, насколько я знаю, на Старую Площадь.

К руководству «службы» приезжали легко узнаваемые люди – Гавриил Попов, Полторанин, Гайдар, руководитель Росархивов Рудольф Пехоя, Волкогонов и прочие.

Нами были изготовлены формуляры о нахождении на излечении «пациента № 1» Владимира Ульянова-Ленина в подмосковных Горках. В нашем распоряжении были подлинные образцы ленинских архивов, изъятые из института Марксизма-Ленинизма. Нами было изготовлено множество рапортов охраны, врачей, психиатров и докладные записки Сталину о состоянии здоровья Ленина.

При изучении вновь созданных документов становилось явным, что нахождение психически больного Ленина на лечении в Горках делилось на несколько этапов: когда ненормальный Ленин был еще внешне здоров, мог писать и говорить, затем когда он стал заговариваться и нести всякий бред, но мог еще печатать и писать, при этом его писанина ежедневно изымалась, опечатывалась и направлялась в Кремль, затем когда он перестал разговаривать, вместо этого мычал и издавал разные звуки, а Крупская была его переводчицей.

Специалистами «сектора» детально описывался каждый день истории болезни «вождя» со всеми подробностями. Материалы о Ленине изготавливались в такой «творческой» атмосфере, что лично мне казалось, что я был напрямую причастен ко всем этим событиям. Ленин во всех этих материалах представлялся полным идиотом с диагнозом: «обширное поражение мозга сифилитиком». Хотя, лично я, в этом нисколько не сомневаюсь, что так и было на самом деле.

Наряду с этими документы были изготовлены дела с перепиской между органами НКВД и ЦК ВКП (б) в период 1938-1941 годов. Она занимала десятки томов. Параллельную работу, насколько мне это было известно, проводили военные в недрах ГРУ ГШ ВС.

Были изготовлены материалы о сотрудничестве органов НКВД и германского гестапо, а также документы о расстреле польских офицеров в лагерях для военнопленных на территории Украинской и Белорусской ССР.

Было изготовлено более 15 экз. разных вариантов договора НКВД-гестапо.

Часть документов я сумел сохранил. Некоторые бесценные экземпляры должны были быть уничтожены из-за того, что исполнители переборщили с количеством резолюций и согласований, или «лепили» печати где не попадя.

Подписи и резолюции, которые стоят на документах из дела о сотрудничестве НКВД-гестапо идентичны тем, что стоят на документах о расстреле польских офицеров. В частности подпись Л.П. Берия выполнена при помощи клише, одним и тем же способом.

Я знаю, что Вы, ув. Виктор Иванович, занимаетесь вопросами исследования некоторых исторических документов, касающихся расстрела бывш. польских офицеров. Часть документов опубликована на интернет-сайтах, в частности письмо наркома внутренних дел СССР от 5 марта 1940 года. У меня не вызывает никаких сомнений в том, что подпись Л.П. Берия под документом от 5 марта 1940 года произведена в нашей лаборатории в начале 1992 года.

В качестве достоверности своих слов я прилагаю к письму печати и клеше подписей Берия и Сталина, которые мне удалось сохранить. Эти подписи ничем не отличаются от той, которая стоит на документе от 5 марта 1920 года. Кроме того, резолюция «За И. Сталин» выполнена сотрудниками лаборатории. В качестве примера я прилагаю бланк НКГБ 40-го года с аналогичной резолюцией и оставшиеся у меня страницы текстов с подписями Л.П. Берия, выполненные в лаборатории, которые идентичны с документом от 5 марта 1940 года.

В ноябре 1991 года «служба» переехала в пос. Заречье и расположилась на брежневской даче и в комендатуре 9 управления КГБ. Штат «особого сектора» увеличился в несколько раз.

Изготовляемые документы «внедрялись» в государственные архивы при со-участии в проекте должностных лиц Администрации и руководителей архивных служб.

Эта «служба» была, может быть, одной из секретных организаций, по своей сущности, в указанный период времени. В то голодное и нестабильное время, работники «службы» еженедельно обеспечивались спец. пайками в столовой Управления Делами и лечились в ЦКБ. Сейчас, по прошествии стольких лет, об этом не принято вспоминать, но когда я в книгах Дмитрия Волкогонова и других известных политиков вижу документы, которые изготавливались в нашей лаборатории, причем, известные политики и писатели то и дело ссылаются на них, мне становиться, с одной стороны смешно, с другой стороны грустно.

К примеру, взять книгу Дм. Волкогонова из цикла «Всемирной истории в лицах» «Сталин», книга II, Вожди, 1998 года выпуска, после 64-й стр. имеется вставка фотодокументов, – документ от 1 апреля 1941 года, за п/п Тимошенко и Жукова – фальшивка, далее: документ от 16 августа 1941 года на имя Сталина — с его резолюцией — фальшивка. Дальше вообще грубая работа, – на документах от 21.09.1941 года и 17 ноября 1941 года – две подписи Сталина на разных документах выполнены абсолютно зеркально идентично.

Я прилагаю также сохранившийся у меня том «архивных» документов, который создан в целях легализации единственного документа, находящегося среди страниц дела – докладной записки за , подписью Жукова и Тимошенко о необходимости начать военные действия против Германии в апреле 1941 года.

С уважением, сотрудник «особого сектора».

Виктор Илюхин, получив это сообщение с подробнейшими датами, местом совершения преступления и фамилиями, обратился в Генпрокуратуру с требованием возбудить уголовное дело против предателей Родины. А как иначе это преступление расценить?

Но, понятное дело, Генпрокуратура и не пошевелилась. А Илюхин внезапно скончался.

Если вы поняли, что произошло с архивами СССР, то вам будет понятна и цена этой объявленной ныне «находки» – «оригинального советского варианта Договора о ненападении между Германией и СССР», – сделанной через 30 лет после того, как она была представлена миру. Просто в момент появления этого «секретного протокола» в 1989 году, ещё не было этой организации подонков, созданной «защитниками государства» – КГБ – для фальсификации истории. И была изготовлена всего копия как-бы секретного протокола и была эта копия как бы найдена у немцев.

Надо сказать, что на технических аспектах фальшивости этого протокола достаточно отвалялся Алексей Кунгуров, которого можно считать специалистом в этом вопросе – он даже книгу выпустил с разбором этой стряпни «демократов».

Поэтому я остановлюсь только на самых трудных для понимания смысловых доказательствах фальшивости.

Фальшивка Горбачев – Яковлев

Текст секретного протокола к договору о ненападении между СССР и Германией безусловная фальшивка, а впервые Горбачев и Яковлев явили эту фальшивку Съезду народных депутатов СССР под видом протокола к договору, который они тут же назвали «пактом Молотов-Риббентроп».

Безо всяких сомнений, в то уже далёком 1989 году они взяли текст подлинного протокола, усекли его так, чтобы изменить смысл, а затем вызвали из КГБ специалистов по подделке почерков и оформили фальшивку. В то время по-другому фальсификаторы поступить не могли. Они, может, и хотели бы полностью сфабриковать текст этих протоколов – написать его заново, — но ведь, помимо отечественных ещё живых свидетелей, текст этого протокола был прекрасно известен и за рубежом, скажем, Черчилль и Гитлер этот протокол только что прямо не цитируют.

Во-вторых, подонки безмозглы, иначе они не были бы подонками. (Не станете же вы меня убеждать, что Горбачев всю жизнь лизал зад своим партийным начальникам только для того, чтобы в конце своей карьеры рекламировать пиццу? Безмозглый идиот и по сей день не понял, почему слетел с поста главы величайшей державы мира.) Подонки – это не люди, а скорее организмы, и они инстинктом чувствуют свою безмозглость, поэтому опасаются сильно уж выдумывать исторические тексты, боясь наделать глупостей.

И у фирмы Горбачев – Яковлев в 1989 году получилось вот такое изделие, которое сегодня всплыло в ополонке архивов под вывеской «подлинный»:

Секретный дополнительный протокол к Договору о ненападении между Германией и Советским Союзом.

При подписании договора о ненападении между Германией и Союзом Советских Социалистических Республик нижеподписавшиеся уполномоченные обеих сторон обсудили в строго конфиденциальном порядке вопрос о разграничении сфер обоюдных интересов в Восточной Европе. Это обсуждение привело к нижеследующему результату:

1. В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Прибалтийских государств (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва), северная граница Литвы одновременно является границей сфер интересов Германии и СССР. При этом интересы Литвы по отношению к Виленской области признаются обеими сторонами.

2. В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Польского государства, граница сфер интересов Германии и СССР будет приблизительно проходить по линии рек Нарева, Вислы и Сана.

Вопрос, является ли в обоюдных интересах желательным сохранение независимого Польского государства и каковы будут границы этого государства, может быть окончательно выяснен только в течение дальнейшего политического развития.

Во всяком случае, оба правительства будут решать этот вопрос в порядке дружественного обоюдного согласия.

3. Касательно юго-востока Европы с советской стороны подчеркивается интерес СССР к Бессарабии. С германской стороны заявляется о ее полной политической незаинтересованности в этих областях.

4. Этот протокол будет сохраняться обеими сторонами в строгом секрете.

 

Москва, 23 августа 1939 года

По уполномочию За Правительство

Правительства СССР Германии

В. Молотов И. Риббентроп.

 

Для того чтобы понять, что данный текст фальшивка из самого текста, вам необходимо напрячь всю свою способность к фантазии и представить себя на месте исполнителя данного документа, скажем, Сталина или Молотова (ведь им надо было исполнять этот протокол), или какого-нибудь начальника пограничного отряда, которому нужно указать солдатам, где вкапывать пограничные столбы. И попробуйте мысленно этот протокол исполнить. Если у вас есть хоть немного фантазии, то вы поймете, что эту галиматью исполнить нельзя. И вот почему.

Во-первых. Что такое «сфера интересов»? Имею ли я права вкопать пограничные столбы? Могу ли я за границей своей сферы интересов торговать, вести коммунистическую или антикоммунистическую пропаганду? Без разъяснения «сфера интересов» – это слова, не имеющие под собой смысла.

И это сразу выдает фальшивку, причем понятно и почему Горбачев и Яковлев выбросили эту часть – разъяснение того, чем является «сфера интересов» – она явно (а дальше вы это увидите) не соответствовала той цели, которую Горбачев и Яковлев хотели этой фальшивкой достичь – «сфера интересов» не предусматривала захвата поименованных стран ни СССР, ни Германией.

Второе. Возьмите карту, проследите по ней географию этого «протокола» и ответьте на вопрос, в чью сферу интересов по этому «протоколу» входит Литва, а в чью Латвия, Эстония и Финляндия. Не можете? Вот то-то и оно! Ни Сталин, ни Гитлер не были придурками вроде Горбачева, чтобы договариваться о «консенсусе», не оговорив, что это такое.

Третье. Предположим, что случилось территориальное переустройство и Польши, и Прибалтики. Где проходит граница сферы интересов в промежутке от угла северной границы Литвы в месте поворота ее на юг и до истоков реки Нарев? Это промежуток около 500 км, где тут вкапывать пограничные столбы? Не знаете? А Сталин и Гитлер знали, поскольку их министры подписывали не ту глупость, что нам подсунули под видом «секретного протокола».

Молотов и Риббентроп совершили одну ошибку – они оставили в границе сферы интересов небольшой разрыв – всего в 30 км, – не учли, что истоки реки Нарев находятся в Польше, а не в Восточной Пруссии. И уже через 5 дней посол Германии в Москве Шуленбург и Молотов подписали «Разъяснение» к протоколу, в котором этот разрыв закрыли:

«В целях уточнения первого абзаца п. 2 секретного дополнительного протокола от 23 августа 1939 года настоящим разъясняется, что этот абзац следует читать в следующей окончательной редакции, а именно:

2. В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Польского государства, граница сфер интересов Германии и СССР будет приблизительно проходить по линии рек Писсы, Наревы, Вислы и Сана. Москва, 28 августа 1939 года».

Получается, что 30 км Сталин и Гитлер поспешили закрыть (Писса текла тогда из Восточной Пруссии и впадает в Нарев), а 500 км так и оставили? Нет, конечно.

С 85% вероятности могу сказать, как звучал пункт 1 в подлинном протоколе к договору: «В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Прибалтийских государств (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва), северная граница Литвы одновременно является границей сфер интересов Германии и СССР, с вхождением суверенного литовского государства в сферу интересов Германии.

При этом интересы Литвы по отношению к Виленской области признаются обеими сторонами». Выделенные слова фальсификаторы из текста изъяли, превратив весь этот пункт протокола в глупость.

С моей поправкой все становится на места, и граница сфер интересов идет непрерывно: от Балтийского моря по северной границе Литвы, затем по восточной границе Виленской области (тогда еще удерживаемой Польшей), далее по границе Восточной Пруссии до реки Писса, по ней до впадения ее в Нарев, по нему до впадения его в Буг, который через несколько десятков километров впадает в Вислу, по ней до впадения в нее Сана, а по нему до его истоков – до Словакии.

Почему я не уверен на 100%? Потому, что не видел подлинного протокола, а то, что в выброшенном из текста протокола

предложении обязательно подчеркивалась суверенность Литвы, подтверждается вот чем.

Суверенная Литва была аграрной и нищей, как церковная крыса. Население было около 2,5 млн человек, армия состояла из 3 дивизий и 8 эскадрилий самолетов. В любой стране три дивизии с корпусными частями – это не менее 60 тыс. человек, а у Литвы все войско насчитывало 17,9 тыс. У соседней Латвии с ее 1,9 млн населения и то было 4 дивизии и всего войска аж 20 тыс. Ну как Литва могла спорить с Германией?

Конечно, Литва вошла в сферу интересов Германии в первую очередь потому, что имела общую границу с Восточной Пруссией, но думаю, что Советское правительство сунуло ее немцам еще и потому, что из всех Прибалтийских государств, заискивающих перед немцами, Литва немцев ненавидела больше всех.

В принципе, немцы могли оккупировать Литву уже в начале войны с Польшей, войск у немцев хватало, с 10 сентября немцы уже начали их выводить на Западный фронт. И поскольку геббельсовцы нас уверяют, что протокол к договору между СССР и Германией предусматривал именно захват перечисленных в нем стран, то естественен вопрос, а почему Германия не тронула Литву, если Литва была в сфере германских интересов?

Более того, как только пакт о ненападении был подписан и сферы интересов были определены, Германия сообщила Литве дату нападения на Польшу и начала активно требовать от Литвы заключения с нею военного союза, т.е. Германия с вошедшей в сферу немецких интересов Литвой строила отношения как с суверенной страной. Чтобы закончить тему, расскажу, что было дальше.

Литва, узнав о нападении Германии на Польшу, отмобилизовала армию и двинула все три свои дивизии к польской границе. Немецким фронтовым генералам подробности внешнеполитических усилий известны, конечно, не были, и когда командующий группой немецких армий «Север» фон Бок за три дня до начала войны с Польшей вдруг увидел на своем левом фланге затаившуюся литовскую рать, то запросил Генштаб, что ему делать с этим воинством. Гальдер ответил: «Это сделано отнюдь не против нас».

Началась война, и немцы стали уже угрозами требовать от Литвы военного соглашения, но Литва попала в положение «и хочется, и колется, и мама не велит» (с одной стороны, Виленщину у поляков отвоевать было надо, но поляки оставили на литовской границе против трех литовских дивизий две свои, кроме того, СССР всегда поддерживал Литву, и Литва знала, что ему, СССР, договор с Германией очень не понравится).

Еще 12 сентября Гальдер отметил в дневнике: «Литва: Колеблется». Так она и проколебалась всю быстротечную войну, хотя и сделала немцам объективно полезное дело – оттянула с их фронта две польские дивизии.

Итак, тот факт, что немцы не оккупировали Литву, входящую в сферу их интересов, является доказательством, что по подлинному соглашению Москвы и Берлина Прибалтийские страны должны были оставаться суверенными, и это было записано в подлинном протоколе. А раз в протоколе имени Горбачева-Яковлева такого пункта нет, то, значит, эта бумага является фальшивкой, как бы красиво она ни выглядела. Дальше я продолжу тему фальшивости, а сейчас уместно вспомнить, почему Горбачев и Яковлев сфальсифицировали этот протокол именно так.

Вспомним: задачей кукловодов Горбачева и Яковлева было развалить СССР, а для этого требовалось представить Советский Союз тюрьмой народов, а прибалтов, в частности, этакими несчастненькими жертвами тоталитарного государства. Если бы они опубликовали подлинный протокол, то стало бы ясно, что в протоколе суверенитет этих стран не нарушался, следовательно, отцы и деды нынешних прибалтов примыкали к СССР добровольно и именно потому, что им было это выгодно. И в начале 90-х, когда прибалтов стали манить из СССР колбасой из США, у некоторых могла проснуться совесть. Вот Горбачев с Яковлевым и добивались своей фальшивкой, чтобы этого не произошло.

У вас может возникнуть вопрос – как относиться к этой фальшивке ещё живого Горбачева и уже издохшего Яковлева? Думаю, что наиболее правильным будет относиться к ней как к документу, у которого утеряна часть текста, поскольку подлинность оставшегося текста в целом подтверждена последовавшими событиями. Теперь, когда с прибалтами мы разобрались, давайте займемся Польшей.

Сегодня выбл…ки Геббельса утверждают, что этот протокол нарушал договор между Польшей и СССР. Где в протоколе это записано? Где обязательства СССР напасть на Польшу либо помочь тому, кто на нее нападет? Где здесь хотя бы обязательства СССР потребовать от Польши себе (либо Германии) какой-либо территории Польши, как в Мюнхенском сговоре этого потребовали Великобритания, Франция, Германия и Италия от Чехословакии?

В-третьих. Где здесь «сговор» с целью раздела Польши? Раздел сфер интересов, о чем мы уже начали говорить, – это не раздел стран и не договоренность о захвате стран, и только подлые негодяи могут его так трактовать. Протокол был секретным, и Гитлеру со Сталиным совершенно не было необходимости говорить иносказательно и превращать протокол в басню.

И нельзя забывать, что это юридический документ, который мог быть использован в суде даже без ратификации его в парламенте. Гитлер его так и использовал: в ноте Германии об объявлении войны СССР нарушения протокола к договору о ненападении явились группой главных поводов к войне Германии против СССР.

И поскольку никто лучше Германии и СССР не понимал, о чем они заключили соглашение в этом протоколе, то эти поводы являются единственным и самым убедительным разъяснением к протоколу. По интересующему нас вопросу в ноте написано (здесь и далее выделения в тексте сделаны немцами. – Ю.М.):

«Таким образом, 23 августа 1939 г [ода] был подписан Пакт о ненападении, а 28 сентября 1939 г[ода] – Договор о дружбе и границах между обоими государствами.

Суть этих договоров состояла в следующем:

1) в обоюдном обязательстве государств не нападать друг на друга и состоять в отношениях добрососедства;

2) в разграничении сфер интересов путем отказа германского рейха от любого влияния в Финляндии, Латвии, Эстонии, Литве и Бессарабии, в то время как территория бывшего Польского государства до линии Нарев-Буг-Сан по желанию Советской России оставлялась за ней.

Действительно, правительство рейха, заключив с Россией пакт о ненападении, СУЩЕСТВЕННО ИЗМЕНИЛО СВОЮ ПОЛИТИКУ ПО ОТНОШЕНИЮ К СССР и с этого дня заняло дружественную позицию по отношению к Советскому Союзу. Оно строго следовало букве и духу подписанных с Советским Союзом договоров. Более того, усмирило Польшу, а это значит, ценою немецкой крови способствовало достижению Советским Союзом наибольшего внешнеполитического успеха за время его существования».

Не ошибитесь в прочтении: Германия не передавала СССР территории восточнее линии Нарев-Буг-Сан, а оставляла на этой территории Польши влияние СССР, как и при нынешней договоренности по линии Нарев-Висла-Сан, а что имелось в виду под интересами, вы увидите ниже.

Ю.И. Мухин, www.ymuhin.ru